Все
разделы

Публикации

Михаил Эренбург: «Сбербанк идет к стартапам, чтобы строить экосистему цифрового бизнеса»

Старший вице-президент по развитию цифрового бизнеса Сбербанка Михаил Эренбург уверен, что настоящее и будущее digital-экосистемы бизнеса — за совместными проектами, которые банк может реализовать совместно с компаниями «с рынка». О том, каких партнеров банк ищет и какие направления планирует развивать, Михаил Эренбург рассказал в эксклюзивном интервью порталу «Банкир.Ру».

Одним из примеров такого тесного взаимодействия можно считать анонсированный на прошлой неделе запуск системы управления и автоматизации торговли для микро- и малого бизнеса. «Эвотор» — это совместный проект Сбербанка, инвестора и серийного предпринимателя Андрея Романенко и специализирующейся на выпуске кассовых решений группы компаний АТОЛ.О внешних партнерствах

Пожалуй, главное — вовремя и адресно выявлять и реагировать на потребности нашего клиента, будь то физическое или юридической лицо. Если мы видим, что потребность клиента может быть эффективно удовлетворена с помощью внешних комплементарных Сбербанку финансовых или нефинансовых цифровых продуктов и технологий, то мы, безусловно, готовы рассматривать различные формы партнерства. По опыту могу сказать, что некоторые из таких партнерств перерастают в совместный бизнес.

Мы готовы запускать и нефинансовые продукты, если понимаем, что нашим клиентам такой продукт будет интересен

Конечно (и мы это прекрасно понимаем), мы не являемся экспертами во всех отраслях экономики, и именно поэтому активно развиваем собственную экспертизу и ищем возможности для сотрудничества с компаниями извне. Мы ищем партнерства, позволяющие работать с сильной и успешной командой, которая выросла за пределами банка, доказала свою востребованность и жизнеспособность продукта, состоятельность бизнес-модели. Мы стремимся стать маркетплейсом, на котором были бы представлены не только собственные продукты, но и сервисы сторонних компаний.

Другими словами, мы ищем возможности, которые позволяют запустить синергетический продукт, и не важно, финансовый или нефинансовый. Если это финансовый продукт, который востребован нашими клиентами, но его пока нет в банке, мы создадим аналог, при условии что у него цифровая масштабируемая бизнес-модель. Мы готовы запускать и нефинансовые продукты, если понимаем, что нашим клиентам такой продукт будет интересен. Примеры таких «неденежных» сервисов — Segmento на b2b-рынке и Platius на b2c-рынке.

О технологиях

Людям свойственно переоценивать то, что произойдет в ближайшие два года и недооценивать то, что произойдет в ближайшие пять лет. Я бы сделал ставку на искусственный интеллект, блокчейн, виртуальную и дополненную реальность. Эти технологии изменят не только реальность финансового сектора, но и другие сферы нашей жизни. 

Людям свойственно переоценивать то, что произойдет в ближайшие два года и недооценивать то, что произойдет в ближайшие пять лет

Мы сможем дистанционно проводить все те операции, которые сейчас требуют физического присутствия в офисе. Не важно, о банке идет речь или нет,— любая операция будет проходить удаленно, быстро, «бесшовно», с использованием любого доступного нам канала, а главное — безопасно.

Чтобы стать успешными в пятилетней перспективе, изучать и тестировать нужно уже сейчас. Для Сбербанка ближайшие три года пройдут под знаком постоянных экспериментов.

Грань между финансовыми и нефинансовыми технологиями тонка. Если говорить только о финтехе, то нам сейчас наиболее интересны механизмы p2p-кредитования, когда сервис напрямую связывает человека, который дает деньги, и человека, у которого есть потребность в финансировании. Такого рода модели серьезно изменили соотношение сил в США и уже потеснили ряд игроков в Великобритании. Конечно, у этой бизнес-модели будут и взлеты, и падения, но в целом это очень важная и интересная для нас технология, и мы ее активно изучаем под разными углами.

Второе важное направление — кибербезопасность. Финансовые сервисы и продукты уходят в интернет и мобильные приложения, куда перемещается фокус различного рода криминальных структур. Здесь очень важно вовремя распознавать риски и все время быть на острие атаки, а еще лучше — работать на опережение. У нас есть серьезная внутренняя экспертиза, мы сотрудничаем с крупными компаниями, но и находим уникальные решения у молодых начинающих команд.

О блокчейне

Чаще всего мы обращаемся к стартапам, когда возникает гипотеза, которую нужно протестировать. Например, если речь идет о блокчейне, мы плотно сотрудничаем с одним из основателей Etherium и «гуру» блокчейна Виталиком Бутериным, а также с сервисом BlockNotary; оба эти проекта — стартапы, только находятся в разной степени зрелости.

Блокчейн слишком важная технология, чтобы в деле ее освоения мы могли опираться только на стартапы

На российском рынке мы отсмотрели более сорока стартапов, у которых были разной степени готовности решения на блокчейне для широкого спектра отраслей экономики, и эти сорок проектов и составляют, по ощущениям, весь наш рынок блокчейн на сегодняшний день. Понравившиеся нам проекты мы привлекли для совместного пилотирования и тестирования гипотез, мы верим, что из этого обязательно что-то получится.

Однако блокчейн слишком важная технология, чтобы в деле ее освоения мы могли опираться только на стартапы. Безусловно, банк развивает экспертизу внутри, особенно в рамках работы нашего технологического подразделения.

О мировой финтех-экосистеме

Есть любопытный нюанс: значительная часть тех, кто связан с финтехом в Кремниевой долине, Лондоне, Израиле, — выходцы из России или стран бывшего Советского Союза

Для нас в каком-то смысле границ не существует: мы работаем и с российскими командами, и с зарубежными. Но здесь есть любопытный нюанс: если смотреть на экосистему финтеха в мировом масштабе — на Кремниевую долину, Лондон, Израиль, то окажется, что значительная часть тех, кто в этом сегменте работает,— выходцы из России или стран бывшего Советского Союза. По моим оценкам, это 10–20% высококвалифицированных специалистов, которые прекрасно говорят по-русски, и при этом около 95% этих людей уже (окончательно переехали) живут не в России.

Конечно, нам проще вести диалог и работать с теми, кто говорит по-русски, понимает наш менталитет и рынок. Поэтому на деле оказывается, что в значительной степени мы работаем с ними. Если же говорить про нашу роль как банка для финтехэкосистемы и экосистемы стартапов в целом, то в России и странах, где присутствует группа компаний Сбербанк, мы являемся, по сути, уникальным «окном возможностей» и «точкой роста» для амбициозных стартапов, готовых и желающих изменить мир к лучшему. И мы говорим стартапам: добро пожаловать в Сбербанк!

Татьяна Ковлягина , Банкир.Ру