Все
разделы

Публикации

Вадим Калухов: «В блокчейне главное — не пережечь ожидания публики»

Как регулятор относится к блокчейну, на какие бонусы от внедрения технологии надеется и с чего компаниям лучше всего начать свой путь на распределенном реестре — об этом рассказал в эксклюзивном интервью порталу Банкир.Ру директор департамента финансовых технологий, проектов и организации процессов Банка России Вадим Калухов. Читайте наш спецпроект «Блокчейн и финансы».

— Каково сегодня в мире отношение регуляторов к блокчейну (не к биткоину или криптовалютам, а именно к технологии)?

— Если говорить именно о технологии, то регуляторы по всему миру относятся к блокчейну крайне благосклонно. Я не знаю ни одной страны, где технология как таковая была бы запрещена. Регуляторы поддерживают ее освоение в разной степени: в некоторых странах просто нет достаточного числа технологических компаний, желания это делать или интереса к технологии.

Технология блокчейн разрешена к использованию на территории Российской Федерации. Пока реализация прототипов, которые запускают российские компании, не вызывает никаких сложностей. Если мы увидим, что какие-то нормативные документы необходимы для развития технологии, мы продумаем, как это сделать.

— Чего ждут регуляторы от блокчейна?

У нас, как и у большинства участников финансового рынка, есть надежда, что блокчейн позволит снизить общие транзакционные издержки

— Регуляторы — и Банк России в том числе — рассматривают практические способы применения распределенных реестров, чтобы понять, в какой мере они представляют интерес для рынка, какие возможности они дают клиентам.

У нас, как и у большинства участников финансового рынка, есть надежда, что блокчейн позволит снизить общие транзакционные издержки. Если технология позволит сэкономить в рамках общих транзакционных издержек, то нам как регулятору это интересно, потому что это облегчит общее бремя, в том числе и населения. Любые прототипы, которые направлены на снижение удельной стоимости издержек для конечных пользователей, нам особенно интересны, и мы за ними наблюдаем. Это наш ключевой интерес как регулятора.

— Для решения каких задач финансовым организациям удобнее всего начинать использовать блокчейн? С каких проектов могло бы начаться внедрение блокчейна?

— Первое возможное применение — это доверенности. Доверенность может выдаваться нотариусом или банком. И здесь может возникнуть широкий круг операционных ошибок. Что я имею в виду? Каждый раз, когда кто-то приходит и предлагает доступ к вашему счету с доверенностью, банк должен убедиться, что доверенность настоящая. Это не всегда легко сделать: банк не имеет права отказать в операции, за исключением случаев, когда возникают подозрения в том, что доверенность ненастоящая.

Все может измениться, если будет создана единая база, которая вызывает доверие. И когда я говорю «единая база», я не имею в виду, что это будет какой-то единый источник, как раз наоборот — с использованием технологии блокчейн база будет распределенной, и все записи в ней будут видны всем. Сама идея красива, но есть достаточно много технологических препятствий, которые необходимо преодолеть для того, чтобы она заработала. Даже самая хорошая идея, когда ее необходимо «раскатать» на количество пользователей, которое превышает несколько тысяч, часто превращается в очень долгую историю длиною не в один год.

Почему мы поддерживаем создание прототипов? Они должны дать ответ: смогли ли участники решить поставленные задачи? «Взлетел» proof-of-concept или нет? И главное — не перевешивают ли минусы, которые могут возникнуть при внедрении технологии, плюсы от реализации прототипа?

Второе возможное применение — обмен финансовыми сообщениями. Под сообщением в данном случае понимается именно сообщение.

Блокчейн дает преимущество, когда есть несколько участников, причем эти участники — отдельные юридические лица, между которыми должен решаться вопрос доверия

Это может быть платеж или какая-то иная операция, совершенная между банками или клиентами, чьи интересы банки представляют.

Блокчейн может дать компаниям преимущество, когда есть несколько участников, причем эти участники — отдельные юридические лица, между которыми должен решаться вопрос доверия. При этом участники операции находятся в двух разных кредитных организациях или в двух любых организациях — участниках финансового рынка, не обязательно банках. В таком случае действительно должно возникнуть поле доверия, реализованное с использованием технологии блокчейн. Технология реализует функции платежной системы валидатора, верификатора, «нотариуса», которой обе стороны верят и совершают через нее операции.

В-третьих, мне представляется перспективным перевод реестров на блокчейн, например кадастровый реестр, реестр недвижимости, потому что они изначально открыты. А значит, все вопросы с конфиденциальностью и защитой данных сняты, как и необходимость излишнего шифрования.

Надо просто понять, что для определенного рода действий, которые можно реализовать на блокчейне, придется оцифровать достаточное количество тех активов или инструментов, которыми мы собираемся оперировать. Именно с этого начали ряд западных компаний в сотрудничестве с регистраторами разных стран для оцифровки ценных бумаг или реестров ценных бумаг.

Хранение объектов недвижимости на блокчейне выглядит проще, чем, например, хранение ценных бумаг. Для недвижимости есть единый кадастр, а регистраторов много, и обязанности хранить все бумаги в одном регистраторе у финансовых организаций нет. Чтобы блокчейн для операций с ценными бумагами заработал, регистраторы должны прийти к консенсусу. Им придется договариваться о переходе на распределенный реестр, о единых стандартах хранения и о том, как они начнут обмениваться данными и вносить записи. Только так они смогут извлечь из блокчейна какую-то добавленную стоимость.

Необходимо признать, что вопрос цифровых валют все-таки не снят с повестки дня. Мы видим, что интерес сообщества повернулся от частных цифровых валют в сторону национальных. Регуляторы во всем мире — и мы в том числе — пока говорят только о том, что вопрос изучается, и не комментируют ни сроков создания, ни способов работы, ни покрытия

— Какие технологические барьеры существуют?

— Первый барьер — это скорость проведения транзакций, особенно если речь идет о высокочастотных операциях. Если узлы сети физически находятся слишком далеко друг от друга, то на синхронизацию базы данных может уйти достаточно большое время. А до тех пор, пока базы не синхронизировались и не пришли к консенсусу, существует риск того, что по-английски называют double spending. Вопрос в том, насколько быстро после проведения и подтверждения первой операции система может запустить вторую.

Средняя скорость в некоторых криптовалютах — от трех до семи операций в секунду, а это мало, если речь идет о существенном объеме транзакций. Даже для целей платежных систем, которые реализованы в России, этого окажется недостаточно.

Второй барьер — это вопрос приватности данных. Если у вас хранится реестр, то есть два варианта:

а) вы видите все, что в нем находится, и б) данные в реестре зашифрованы, и вы видите только свои, а чужие нет. И здесь возникает проблема: если у вас есть весь реестр, то устойчивость шифрования измеряется временем, которое необходимо на преодоление защиты.

И может оказаться так, что надо будет подобрать комбинацию шифрования, которая, с одной стороны, не будет слишком сильно замедлять проведение транзакций, с другой — не будет обходиться участникам слишком дорого и с третьей — сделает так, что даже в офлайн-режиме те, у кого есть доступ к базе с зашифрованными данными, не смогут в своих корыстных целях получить к ним доступ.

Третий барьер — существование такого сочетания факторов, при котором работа системы будет сильно замедлена или станет невозможна на какое-то время. Этот вопрос сейчас многие пытаются для себя решить. Он стоит одинаково остро и для открытых, и для закрытых систем. Частные блокчейн-системы не решают вопрос доверия — они его просто существенно упрощают. Риски снижаются, но все равно остаются. Доверия должно быть достаточно, чтобы даже в закрытой сети тот объем данных, который распределяется между участниками, не подвергал их коммерческие интересы риску.

Сейчас запускается довольно много прототипов, но я был бы осторожен: есть очень много заявлений относительно «готовых больших промышленных решений». В последнее время я стал замечать, что есть много компаний, которые занимаются криптотехнологиями, шифрованием баз данных, и они говорят, что реализовали какое-то решение на блокчейне. Хотя на самом деле это просто широкий пласт криптотехнологий, а я против такой подмены понятий. Это всегда вводит в заблуждение участников дискуссии.

Очень важно, чтобы прототипы доказали свое право на жизнь, и после этого, наверное, пойдут первые технические реализации более или менее промышленного масштаба.

— Какие риски связаны с внедрением блокчейна?

Ключевой риск — утрата конфиденциальных данных

— Ключевой риск — это утрата конфиденциальных данных. Дальше идет риск устойчивости системы, того, что она может быть скомпрометирована. Конфиденциальность — это слабое место блокчейна, и над этим работают криптографы. Нужно защитить данные так, чтобы даже в офлайн-режиме было бы сложно их взломать или чтобы взлом данных стоил дороже их самих и в то же время чтобы криптография была не очень дорогой. Это классический пример поиска баланса.

— В Santander InnoVentures подсчитали, сколько внедрение блокчейна могло бы сэкономить западным банкам: до $20 млрд к 2022 году на ИТ-инфраструктуре. Можно ли оценить потенциальный эффект для российского рынка?

— Есть два полярных мнения на этот счет. Кто-то говорит, что да, действительно с приходом блокчейна инфраструктура упростится. Другие говорят, что она, наоборот, усложнится. Возможный рост стоимости инфраструктуры может быть компенсирован теми плюсами, которые мы получим, убрав посредников. И не только выйдем в ноль, но еще и заработаем. Но я бы не был настолько категоричен насчет того, что блокчейн принесет существенное облегчение инфраструктуры. Очевидно, что комиссию третьей стороны можно посчитать, отталкиваясь от какого-то одного финансового инструмента. Но стоимость инфраструктуры, защиты персональных данных, обеспечения конфиденциальности и шифрования посчитать очень сложно, если вообще возможно.

— Есть ли на российском банковском рынке предпосылки для появления объединений, таких как R3?

— Подобные объединения создаются, и мы этому рады. Большинство технологических компаний объединяются в силу неопределенности: лучше делать вместе, чтобы чего-то не упустить. Если бы технология была до конца понятна, то все давно было бы запатентовано и продавалось в виде больших коммерческих решений. IT-компании пытаются оценить риск возможной упущенной прибыли. Они стоят перед выбором: войти в консорциум и работать вместе или попытаться создать решение в одиночку и продать свой продукт.

С точки зрения нетехнологических компаний все довольно прозрачно. Как я уже сказал, блокчейн в одиночку никому не нужен, потому что вопрос создания доверенного поля внутри одной компании не возникает. Поэтому если ты хочешь работать с блокчейном, тебе нужно найти кого-то, желательно больше одного. Обычно эта история летает, если есть 5+ участников. Идеальное количество — несколько десятков участников. Так что со стороны компаний ход от прототипирования внутри себя — это очень правильный шаг.

— Насколько крупной должна быть организация, чтобы затраты на блокчейн были оправданы?

— Объем в данном случае не имеет значения. Учитывая, что многие крупные IT-компании предлагают решения на открытых технологиях, а большинство протоколов опубликовано в Сети, огромных затрат на этапе прототипирования пилотных проектов на блокчейне я не ожидаю. Когда будут рождаться какие-то промышленные решения, возможно, потребуются несколько большие расходы.

Дело не в размерах компании, а в той конечной операции, которую она решит перенести на блокчейн. Сейчас важно нащупать предмет — какую бизнес-ситуацию мы пытаемся упростить, что у нас «болит» или что нам обходится дорого с точки зрения затрат. Возможно, блокчейн позволит нам сделать это дешевле. Иначе лучше не начинать.

Главное — не «пережечь» ожидания публики и выйти (из режима ожидания) с реальным продуктом

Все подсматривают за соседями, в хорошем смысле слова подсматривают. Сейчас на рынке есть максимум пара десятков компаний, которые могут стать законодателями мод в теме блокчейна.

Главное — не «пережечь» ожидания публики и выйти (из режима ожидания) с реальным продуктом, потому что если этого не сделать, внимание к теме начнет угасать. Это как золотая лихорадка: все прибежали и начали копать, вгрызаются зубами и когтями. И вот наконец кто-то нашел первый самородок, но если не напасть на золотую жилу, многие бросят копать и уедут.

Финтехкомпании — это энтузиасты, они не смогут продержаться несколько лет только на эйфории, поэтому большие IT-компании в борьбе за идеи создают «технологические гаражи» — площадки, на которых молодые команды могут попробовать что-то придумать. И даже если из 100 компаний только две «прорастут», в масштабе общих вложений в НИОКР и R’n’D это прекрасно. Мы видим своей целью, чтобы такие команды появлялись и пробовали что-то создать.

— В чем состоит основная сложность реализации блокчейн-проектов на российском рынке: у нас слишком мало квалифицированных специалистов?

— Я бы не сказал, что у нас мало специалистов. Сама технология с точки зрения программирования несложная, на то, чтобы овладеть азами, уйдет несколько дней. Правда, после этого каждый начинает считать себя гуру блокчейна. Хотя, может, это и правда, потому что сама технология молодая. Такие энтузиасты в России есть, и они быстро учатся, поэтому так важно, чтобы появлялись площадки для общения, технологические гаражи, финтеххабы.

Они помогают изучать технологии и обмениваться опытом. Возможно, стартап, увидев проект своих коллег, не наступит на какие-то грабли. Стартапы очень часто не делятся своим опытом. Рассказать о своих ошибках для них — проблема, потому что велик риск, что как только ты расскажешь о своих ошибках, на тебя будут показывать пальцем. Стартапы уверены, что они должны сообщать только хорошие новости и всегда по нарастающей, каждый день должна быть новость еще лучше, чем была вчера. И именно в такой борьбе молодых амбиций рождаются большие компании. Все большие российские IT-компании, которые сегодня упоминались, начинали с небольших проектов, которые нашли отклик у сообщества, и компании после этого быстро выросли.

Читайте спецпроект «Блокчейн и финансы»

Татьяна Ковлягина , Банкир.Ру