Все
разделы

Публикации

Владимир Сухоруков, Вкабанк: «О сбережениях сегодня задумываются чаще, чем о кредитах»

В рамках цикла бесед с руководителями региональных банков России мы встретились с Владимиром Павловичем Сухоруковым, президентом Волго-Каспийского акционерного банка (г. Астрахань). Конкуренция с федеральными банками, угрозы в сфере информационной безопасности, изменения в спросе на услуги — это лишь некоторые темы, поднятые в ходе разговора.

— Вкабанк закончил 2015 год с хорошими показателями. Какие методы работы помогли добиться этого?

— Если говорить начистоту, высокая степень неопределенности существует и, конечно, осложняет работу. Очень значительная часть бизнеса в области была построена на торговле, причем главным образом товарами зарубежного происхождения. Как только вырос курс валют, продажи пропорционально упали. Что, в свою очередь, повлияло на работу бизнеса.

Повышение социальных налогов не лучшим образом повлияло на бюджеты районов области. Областной бюджет немного приобрел за счет «Лукойла», «Газпрома», банков и других больших предприятий с «белыми» зарплатами. А в районах работает в основном малый и средний бизнес, который начинает искать способы, скажем так, оптимизации выплат.

Мы — своеобразная кузница кадров для всего региона

Мы тоже работаем не в вакууме, но умеренно-консервативная политика, которую применяем уже 25 лет, позволила, в том числе, привлечь новых клиентов. Мы не выдаем легких кредитов, всегда требуем обеспечения. Сохранились кадры, появились династии сотрудников Вкабанк. Мы — своеобразная кузница кадров для всего региона. Когда шли волны открытия дополнительных офисов федеральных банков в Астрахани, там можно было встретить немало наших бывших сотрудников. Но, повторюсь, основное, самое квалифицированное ядро, мы сохранили, несмотря ни на что.

Клиенты остаются с нами, в том числе и потому, что мы принимаем решения очень быстро, без многоуровневых согласований. Также не привлекаем коллекторские агентства, решаем вопросы сами.

После того как капитал банка превысил миллиард рублей, мы попали в список Министерства финансов как банк, имеющий право давать банковские гарантии по муниципальным и государственным контрактам. В этом тоже наше преимущество, потому что получение такой гарантии от иногороднего банка занимает очень много времени. Мы же действуем оперативно.

— Сейчас много новостей о взломах банков, о краже миллионов и миллиардов рублей. Насколько эта тема актуальна здесь, в Астрахани?

Попытки взлома нашего банка были. Но неудачные

— Не жалеем средств на внедрение информационных технологий, плотно работаем с компанией Бифит. Отношение к безопасности в банке тоже крайне серьезное, но, к сожалению, для достижения 100-процентного результата такой же серьезный подход должен быть и на стороне клиента. А они зачастую проявляют просто удивительную безалаберность. Если компьютер, с которого осуществляются транзакции, стоит в доступном для всех месте и без пароля…

Попытки взлома нашего банка были. Но неудачные.

Правоохранительные органы довольно вяло реагируют на информацию о кибератаках на банки. Мы отправляем информацию, мол, с такого-то номера из такого-то региона была попытка перевода такой-то суммы. А нам отвечают: ущерб не нанесен, поэтому дело не возбуждаем.

— Вы чувствуете изменения в востребованности услуг со стороны физических лиц?

— У населения стало меньше денег, и люди стали меньше занимать. В магазинах уменьшилась средняя сумма чека. О сбережениях сегодня задумываются чаще, чем о кредитах.

Очень осторожно приходится относиться к ипотечным кредитам. Объективно трудно сейчас заглядывать на 20 лет вперед и фиксировать ставку. И нам трудно планировать, и людям. В целом спрос на недвижимость снизился. Даже те, у кого есть деньги на улучшение жилищных условий, ждут дальнейшего снижения цен. И они снижаются, причем не только в Астрахани.

Не стоит доводить планирование до абсурда, как это было до 1991 года

Сельскохозяйственный сектор заметно растет в связи с курсом на импортозамещение, но и тут есть вопросы. Например, в 2015 году был хороший урожай картофеля, но производителям пришлось конкурировать с дешевыми предложениями из Белоруссии и Египта. Похожая история была с рисом, поступавшим в больших количествах из Вьетнама по бартерным договорам несколько лет тому назад.

Мне кажется, одна из главных трудностей — в отсутствии четких ориентиров. Не стоит доводить планирование до абсурда, как это было до 1991 года. Но производители в городе и особенно на селе работают вдолгую. И им важно, чтобы к моменту выхода продуктов на рынок ситуация не поворачивалась на 180 градусов.

В целом же высокие валютные курсы оказывают положительное влияние, и чем дольше продлится такая ситуация, тем сильнее раскрутится маховик отечественной экономики, которая научится производить не только нефть. И банки от этого только выиграют.

— Правила кредитования ужесточились?

— Они и раньше у нас не были очень уж мягкими. Если есть хоть какие-то сомнения, кредит не даем.

Довольно болезненно бывает, когда резерв по кредиту превышает процентную ставку

Мы иногда слышим со стороны Центробанка претензии о неправильном выборе залога. Например, почему взяли автомобиль, а не недвижимость? Но цена автомобиля более предсказуема, и это более ликвидный актив. Довольно болезненно бывает, когда резерв по кредиту превышает процентную ставку. Грубо говоря, мы получим 16% годовых, а зарезервировать необходимо сразу 21%.

Также мы подсчитали рентабельность этого направления и пришли к выводу, что давать суммы меньше 60 тысяч рублей просто невыгодно банку. В ряде случаев можно чуть снизить порог, но до уровня микрофинансовых организаций мы не опускаемся. В дополнительных офисах в районных центрах минимальная сумма — 50 тысяч рублей.

Микрофинансовые организации дают гораздо меньшие суммы, но методы их работы зачастую просто подрывают репутацию бизнеса.

— С валютными вкладами работаете?

— Работаем, но, скажем так, не очень в них заинтересованы. Чтобы предлагать депозиты в валюте, необходимо и кредитовать в ней же. А для этого нужны предприятия с валютной выручкой, которых в нашем регионе немного. В 1998 году, после первого скачка, мы предложили всем клиентам, имеющим валютные кредиты, перекредитоваться в рубли. И абсолютное большинство согласилось, о чем не пожалело.

— Как меняется ваша филиальная сеть?

— Мы перевели филиалы в статус дополнительных офисов. Принципиальной разницы для клиентов между дополнительным офисом и филиалом нет. Только в допофисе назначение руководителя и главного бухгалтера — это наши полномочия, не требуется согласование с Центральным банком, как раньше. Аналогично было и с отпусками руководителей филиалов — их тоже необходимо было согласовывать с ЦБ в течение довольно длительного срока. И в первую очередь смена статуса позволила снизить издержки.

— Кадровый голод ослабел?

Не всегда понятно, как банки с государственным участием принимают депозиты под 12% годовых

— Сейчас нет. Мы сами немного сократили штат, но именно немного. Когда в регион приходили московские банки, они предлагали более высокую зарплату, и, например, кассиров успешно переманивали. Но сейчас зарплаты выровнялись. Также один столичный гость оказывал ряд услуг себе в убыток для привлечения клиентов, например принимал коммунальные платежи без комиссии. В результате экспансия в регион не состоялась. Задача банка все же зарабатывать деньги, и если она не реализуется, в среднесрочной перспективе ничего хорошего не жди. Мы об этом всегда помним.

Также не всегда понятно, как банки с государственным участием принимают депозиты под 12% годовых. Конечно, с таким трудно конкурировать на равных.

— Что хотелось бы отметить во взаимодействии с регулятором?

Мы платим — за время сотрудников, за программные средства, за каналы связи

— Рост объемов и многообразие отчетности. Ее день ото дня все больше и больше. Честно говоря, нам даже тяжеловато такие объемы обрабатывать. Плюс, кроме постоянной отчетности, идет множество запросов: от налоговой инспекции, судебных приставов, других государственных органов. Сроки обработки запросов очень жесткие, например в течение двух дней. И нам-то за их обработку никто не платит. Наоборот, мы платим — за время сотрудников, за программные средства, за каналы связи. Повторюсь, объемы постоянно прирастают.

Ведь бухгалтерская отчетность — это одно, налоговая — другое (хотя данные там, фактически, те же), МСФО — третье. И все варианты мы должны составлять. Давайте остановимся на каком-то одном варианте, например на МСФО.

— Возможно, это временная мера, потому что в Центробанке, наоборот, говорят о необходимости внедрения XBRL, благодаря чему данные будут подаваться в виде многомерного массива, из которого регулятор уже сам будет создавать отчеты под нужным ракурсом.

— Мы давно такое предлагаем. Берите отчетность и создавайте какие угодно отчеты. Если подобное будет внедрено, мы бы им памятник при жизни поставили!

— Какие задачи ставите перед собой в 2016 году?

Важная задача — удержание и рост капитала банка

— Во-первых, удержание клиентов. Во-вторых, привлечение новых. В-третьих, внедрение новых технологий. Особая цель, вне списка — развитие и усиление мер безопасности. Важная задача — удержание и рост капитала банка, потому что при его снижении мы не сможем гарантировать государственные закупки.

Мы очень надеемся, что в 2016 году заработают в полную силу уже имеющиеся производства и появятся новые. Только своя промышленность, чья продукция будет востребована населением, откроет возможности для реального роста экономики.

Некоторые слабенькие ростки оживления бизнеса уже заметны

А для крупномасштабного производства необходимы государственные гарантии. Крупные проекты региональному бизнесу не под силу — собственных средств на развитие нет.

Некоторые слабенькие ростки оживления бизнеса уже заметны. Например, в прошлом году многие компании закрывали, замораживали счета, а теперь каждый день подписываю распоряжения возобновить обслуживание в системе «Банк-клиент». Хочется верить, что эта весна станет началом нового роста.

Сергей Вильянов , Банкир.Ру