Все
разделы

Публикации

Юрий Топунов: «В последние годы у нас идет сбалансированный рост в сегменте кредитных карт»

​Чем платежный рынок России отличается от США и Европы, насколько существенно отразился на транзакционном бизнесе «дочек» иностранных банков экономический кризис в нашей стране и как будут выглядеть платежи будущего, рассказал руководитель бизнеса кредитных карт Ситибанка Юрий Топунов.

— Чем платежный рынок России отличается от аналога в США? Как часть международной банковской группы вы наверняка проводите сравнительный анализ и владеете такой информацией…

— Да, я какое-то время даже работал в карточном бизнесе Citi в США. Главной отличительной чертой наших двух рынков являются стадии развития, на которых они находятся. Платежный рынок США имеет долгую историю. К настоящему моменту насыщение всех типов клиентов банков — и физических, и юридических лиц — банковскими платежными продуктами там высокое. Среднестатистический потребитель финансовых услуг в США имеет по пять-шесть кредитных карт для оплаты покупок. Кроме того, люди там активно пользуются электронными кошельками, возможностями PayPal и другими платежными инструментами. В США активно идет процесс, который можно назвать финтехреволюцией. Небольшие ИТ-компании постоянно стремятся изобрести что-то новое для платежного рынка, открыть какие-то уникальные ниши, чтобы забрать часть бизнеса у банков. Они ставят на мобильность, удобство, быстроту, индивидуальность решения и другие конкурентные преимущества.

У нас есть огромная база клиентов, которым можно предложить наши разработки.

Некоторые новейшие исследования потребительского поведения американцев свидетельствуют о том, что сегодня мобильный телефон «победил» кошелек. Современный человек чувствует больший дискомфорт, если вышел из дома, забыв мобильный телефон, а не кошелек, как раньше. Не удивительно, что в США ИТ-компании выделяют большие бюджеты на разработку инноваций в сфере мобильных платежей. В Citi тоже есть специальное подразделение Citi FinTech, в котором как раз пытаются разобраться, как большой международный банк может играть в этой индустрии и выигрывать. У нас есть огромная база клиентов, которым можно предложить наши разработки.

Если говорить о России, то здесь платежный рынок только развивается. В Москве, Санкт-Петербурге и в других мегаполисах уровень приема карт высокий, вполне сравнимый с европейским. За пределами крупных городов ситуация меняется в худшую сторону. Но большую положительную роль играет позиция государства, которое стремится сократить оборот наличности в стране.

— Резюмируя ваш ответ, я делаю вывод, что Россия несколько отстает от США в плане инновационных платежных сервисов, верно?

— Это интересный вопрос. Во многих аспектах Россия более инновационная, чем США. Если говорить об объеме рынка платежей, развитости инфраструктуры, количестве инвестиций в инновационные проекты, то да, наша страна отстает от Америки. Настоящие револьверные кредитные карты появились на российском рынке 12–13 лет назад. В США такой продукт существует уже больше 30 лет. Но прямо на наших глазах рост платежной индустрии происходит экспоненциально. Мобильные и интернет-банки некоторых крупных финансовых институтов по удобству сопоставимы, а иногда и превосходят зарубежные аналоги.

— Ситибанк в России известен во многом благодаря своим карточным продуктам. Каким был для вас 2015 год? Как у вас сейчас обстоят дела?

— Последние годы у нас идет сбалансированный рост бизнеса в этом сегменте: при росте рынка на 60–80% мы росли на 30%, при текущем сокращении рынка мы немного растем. Наши карты хорошо известны благодаря продуктовому наполнению. В частности, Ситибанк первым в России предложил своим клиентам кредитные карты с периодом беспроцентного кредитования, а также реализовал возможность кэш-бека по покупкам на свои карты. Это помогло нам на ранних этапах успешно выдерживать конкуренцию с другими кредитными организациями.

При ключевой ставке ЦБ РФ 11% можно говорить только об ограниченных возможностях развития в платежной сфере.

Ну а далее мы просто вовремя запускали хорошие совместные продукты с партнерами. Мы активно продвигали кобрендинговые продукты в точках присутствия наших целевых клиентов. Например, в аэропортах. Одновременно с этим в России у нас хорошие результаты в сферах розничного кредитования и предоставления услуг по управлению личным благосостоянием. В последнее время развивать направление работы, связанное с кредитными картами, в России стало тяжелее. Стоимость заимствования для банка практически удвоилась за последние пять лет. При ключевой ставке ЦБ РФ 11% можно говорить только об ограниченных возможностях развития в платежной сфере. Я понимаю, что российские банки также испытывают трудности в этом сегменте. Мой вывод прост: чтобы понять, как дальше будет чувствовать себя индустрия банковских карт в нашей стране, нужно смотреть, как продолжит развиваться стоимость заимствования.

— В данный момент вы планируете сокращать бизнес и оптимизировать издержки, в том числе за счет сегмента банковских карт, правильно?

— Наша стратегия в период кризиса не отличается от аналогичного поведения любой другой российской компании. Мы работаем над оптимизацией издержек. Мы меняем содержание своих программ лояльности. К примеру, если раньше мы давали за каждые потраченные по карте 30 рублей 1 милю для покупки авиабилета, то сейчас ее даем лишь за каждые 60 рублей. Стоимость иностранной валюты в России удвоилась. А именно в валюте банк покупает у авиакомпании-партнера бонусные мили. Соответственно, использование банковской карты для клиента стало менее выгодным. Если раньше на бесплатный билет он копил три месяца, то сейчас накапливать мили ему придется приблизительно полгода. В результате клиенты начали терять интерес к этой программе и стали переходить на другие продукты нашего банка. Сейчас более популярны карты с функциями кэш-бэк, а также Citi Select и Premier Miles. В этих программах клиенты могут накапливать бонусы, расплачиваясь картой, а затем рассчитываться бонусами за товары и услуги в компаниях — партнерах нашего банка.

В дальнейшем в платежной индустрии будут популярны продукты, напрямую не связанные с каким-то одним партнером банка.

По моему мнению, в дальнейшем в платежной индустрии будут популярны продукты, напрямую не связанные с каким-то одним партнером банка, но при этом дающие возможность выбора клиенту из некоего пула вариантов. У нас держатель карты Citi Select может потратить накопленные бонусы в «М.Видео», «Перекрестке», «Детском мире», Росинтере, на заправках, при этом на руках у него одна карта, которая предоставляет эти возможности.

— Судя по вашему рассказу, в России Ситибанк работает в густо населенных регионах, верно?

— Мы работаем только в 10 городах-миллионниках. Сейчас мы оцениваем, насколько целесообразно оставаться во всех этих городах и в каком формате. Разумеется, работа нашего банка в Москве и Санкт-Петербурге продолжится. Присутствие в других мегаполисах России зависит от их потенциала, и главным критерием при этом является наличие платежеспособного спроса на банковские продукты со стороны населения.

Основная задача — остаться в своем целевом сегменте. Наши клиенты — люди состоятельные, хорошо образованные, зарабатывающие больше, чем в среднем россияне по стране. Это целевой сегмент можно назвать стрессоустойчивым: у этих клиентов не было серьезных проблем с просрочкой ни в один из предыдущих кризисов. Ситибанк сейчас оценивает, насколько в городах присутствия нашего банка остаются клиенты такого же формата и какова общая численность тех, кому интересны наши продукты.

Наше предложение для клиентов вполне соответствует рыночным стандартам. Так, средняя ставка по потребительским кредитам у нас в пределах 16–26% годовых. Все кредитные карты у нас с льготным периодом, как я уже упоминал, а ставка по ним колеблется от 14% до 32% годовых. Но мы тщательно выбираем клиентов, как вы заметили.

— Влияют ли санкции на работу вашего банка в России?

— В своей работе мы подчиняемся законодательствам двух стран и выполняем все предписания российских властей и американских одновременно. Соответственно, разумеется, мы следуем ограничениям в связи с действующими санкциями. Но говоря это, я также могу сказать, что за почти два года действия санкций я ни разу не столкнулся с ситуацией, когда они стали бы для нас проблемой в розничном сегменте бизнеса.

— Какова ваша стратегия развития в кризисный период?

— Безусловно, сегодня вся российская экономика приспосабливается к новой реальности. И нам нужно понять, как в новой реальности жить. В 2008 году мы успели подготовиться и быстро отреагировали на происходящее: сделали более консервативной свою кредитную политику, благодаря чему даже сегодня у нас самый низкий уровень просрочки на рынке с большим отрывом от других участников рынка. Затем, после завершения острой фазы кризиса, у нас пошел рост, которого мы не видели долгие годы.

Сегодня главные наши усилия заключаются в том, чтобы понять, как в новых условиях предлагать клиентам интересные продукты и при этом зарабатывать.

От начала общения с клиентами до получения готовой банковской карты проходит 40–50 минут. И клиентам это очень нравится.

Мы активно внедряем инновации. К примеру, недавно мы внедрили систему, позволяющую получать моментальное решение по запросу от клиентов на iPad сотрудников службы продаж. После получения подтверждения, сотрудник вместе с клиентом подходит к эмбоссеру и выдает карту. Другими словами, от начала общения с клиентами до получения готовой банковской карты и выдачи ее владельцам проходит 40–50 минут. И клиентам это очень нравится. У нас сейчас объем контрактов в офисах, снабженных подобными технологиями, составляет 60% от общего количества продаж.

Мы также используем возможности Citi, фактически мы единственный глобальный банк в России, чтобы внедрять успешный опыт наших коллег из других стран на российском рынке. В частности, я в постоянном контакте со своими азиатскими и американскими коллегами. В этом наша сила как единственного глобального банка в России. Так, например, мы запустили в России карту Simplicity («Просто кредитная карта»): она похожа по функционалу на тот продукт, что уже давно существует на американском рынке. Продукт очень простой: есть процентная ставка и льготный период по карте, но нет годовой комиссии, а также комиссии за снятие наличных и за просрочку.

— Вы наладили сотрудничество с НСПК?

— Да, мы полностью перешли на НСПК. Вообще у Citi в России более сложная инфраструктура, чем у неглобальных банков в нашей стране. Поэтому, как только появились первые распоряжения регулятора, мы пришли в НСПК и в Центральный банк и согласовали план миграции со всеми ведомствами: к настоящему моменту мы полностью перевели процессинг всех наших внутрироссийских карточных транзакций в НСПК.

— Как в Ситибанке видят платежный мир будущего? Как будут выглядеть карты вашего банка через несколько лет?

— Многие специалисты сейчас пытается понять, как будет выглядеть платежный мир будущего. Целый кластер финтехкомпаний работает над тем, чтобы максимально облегчить осуществление платежей: они пытаются усовершенствовать инфраструктуру или разработать соответствующее программное обеспечение. Очевидно, что платежи по банковским картам представляют лишь одно из многих направлений в этом глобальном поиске нового. И я сейчас говорю не только о бесконтактных технологиях при расчете клиентов — физических лиц за товары или услуги.

Единственный тренд, который однозначно в будущем усилит свои позиции, касается расширения возможностей мобильной оплаты.

Развитие возможно и в сфере корпоративных платежей, когда транзакции идут между юридическими лицами. Не исключено, что конверсию из одной валюты в другую при любой сумме тоже можно будет сделать очень простой операцией или вообще отправить денежные переводы в другие страны одним нажатием пальца. Но если обобщить все имеющиеся разработки, то мне кажется, что даже компании, вложившие в развитие платежной финтехиндустрии большие деньги, такие, скажем, как Venture Capital, инвестиции которого в эту сферу составляют порядка $300 млн, даже такие гиганты не знают, куда это все идет и чем в конце концов может закончиться. Я не хочу гадать на кофейной гуще, но единственный тренд, который однозначно в будущем усилит свои позиции, касается расширения возможностей мобильной оплаты. В этой области, очевидно, возникает вопрос безопасности платежей, который в том или ином виде нужно решать во всех странах, в том числе и в России.

— Подождите, а как же использование биометрических технологий, новые возможности в сфере больших данных, что также эксперты часто называют главными тенденциями, которые изменят представления пользователей и компаний о будущем? У Ситибанка как глобальной структуры есть свой прогноз на этот счет?

— Все это важные тенденции мира платежей, я абсолютно согласен. Но для любого банка первостепенными являются вопросы безопасности. И разработки именно в этой области будут определять, какие новые возможности сможет предоставить банк своим клиентам — физическим и юридическим лицам. Удобство — важный стимул развития технологий и поиска новых решений, но он для мира платежей не может быть единственным. Я полагаю, что много интересных инноваций раскроет технология блокчейн. Уровни безопасности будут связаны с применением определенных подходов в кодировке данных, шифровке, создании ключей и токенов, а также много всего, что мы пока не знаем.

Статья по теме: Наталья Николаева: «Мы будем продолжать здесь работать». Какие услуги и продукты наиболее прибыльны сегодня у российского Ситибанка?

Наталия Трушина