Все
разделы

Публикации

Бегство в офшоры уже невыгодно

Сегодня большинство компаний при проведении сделок предпочитают иностранное право российскому, в первую очередь из-за правовой неопределенности и отсутствия общепризнанных инвестиционных практик. Между тем, опыт рынка венчурных инвестиций показал, что в текущей экономической ситуации использование юрисдикции РФ является спасительным для малого и среднего бизнеса. Кроме того, в пользу российского права говорит тот факт, что за последние несколько лет оно существенно преобразилось.

Большинству компаний особенно на ранних этапах необходимы инвестиции. Как правило, инвестор и основатель при заключении сделки используют международное право, например, английское. В этом случае из 10 млн инвестиций в рублях около 20–30% уходит только на оформление сделки квалифицированными адвокатами.

Вопрос о том, какое право использовать, встал перед Фондом развития интернет-инициатив (ФРИИ) в тот момент, когда он вышел на свою «производственную мощность». Юристы фонда начали заниматься сопровождением огромного числа сделок и специальных проектов портфельных компаний, оказывали консультационные услуги, то есть фактически превратились в юридическую фирму.

Объем сделки на начальной стадии ФРИИ не превышает планку 2 млн рублей, а расходы по ней могут составить $30–40 тысяч и более.

В ходе работы мы пришли к тому, что использование иностранного права просто экономически не оправдано. Объем сделки на начальной стадии ФРИИ не превышает планку 2 млн рублей, а расходы по ней могут составить $30–40 тысяч и более. Кроме того, успешными становятся в лучшем случае 10–15% стартапов, поэтому расходы на сделку (в том числе и на консультантов) для нас являются критичным вопросом.

Кроме того, в случае с судебным разбирательством придется обращаться в иностранный государственный суд или международный коммерческий арбитраж, что обойдется в общей сумме от €100 тысяч. Так, например, только судебное разбирательство без расходов на адвокатов и командировки в Арбитражном институте Торговой палаты Стокгольма при сумме спора €2 млн встанет в среднем в €75 тысяч. Если же аналогичный спор будет рассматриваться в арбитражных судах РФ, то пошлина составит 33 000 рублей плюс 0,5% от суммы спора, но не более 200 тысяч рублей.

Для того чтобы работать в российском праве, мы приложили огромные усилия. В отличие от иностранных рынков, в России отсутствуют стандартизированные практики венчурного финансирования, да и экспертов, которые работают с российским правом, единицы. Поэтому мы набрали юристов, которые затем были подготовлены к ведению сделок именно с российскими законами. Затем эта команда разрабатывала также и типовые шаблоны инвестиционных документов. Мы стремились сделать их максимально удобными и полезными для рынка, поэтому к их созданию мы привлекали всех ключевых игроков рынка: фонды, бизнес-ангелов, стартапы и т. д.

В Гражданский кодекс РФ были внесены новые для гражданского законодательства механизмы.

Но создавать документы без их последующей «легализации» было бы бессмысленно, поэтому в Гражданский кодекс РФ при участии Фонда были внесены новые для гражданского законодательства механизмы: опционы, возмещение имущественных потерь, ответственность за предоставление недостоверных заверений об обстоятельствах. На текущий момент эти инструменты «нарабатывают» юридическую практику в сделках ФРИИ. Сейчас их более 170 — и в некоторых сделках нашими партнерами выступили ведущие российские инвестиционные фонды.

Недавно совместно с партнерами ФРИИ разработал пилотную форму штрафного пут-опциона, который охраняет интересы инвесторов от негативных событий в бизнесе, которые могут произойти по вине основателя. Например, если основатель продаст часть имущества компании, и, как следствие, стоимость компании упадет, то он должен выкупить долю инвестора.

Но по закону «Об обществах с ограниченной ответственностью» (вступит в силу с 1 января 2016 года) любые сделки с долями ООО нужно будет заключать в виде одного документа, подписанного продавцом и покупателем и заверенного нотариусом. Что это будет за документ, пока не понятно. Поэтому ФРИИ в рамках опционного договора предлагает заключать полноценный договор купли-продажи доли в будущем. То есть при самой негативной ситуации опционный договор обяжет основателя через суд заключить договор купли-продажи — и выкупить долю инвестора. По сути, в данном случае мы решили использовать инструменты этого опционного договора, что решить для себя проблему отсутствия единообразия регулирования.

Этот и другие типовые документы разрабатывались для венчурного рынка, чтобы помочь его участникам быстрее и прозрачнее проводить переговоры и заключать сделки в российском правовом поле. Но они могут успешно применяться и в других отраслях.

Развитие отечественного законодательства и текущая экономическая ситуация все больше подвигают инвесторов использовать российское право.

В действительности развитие отечественного законодательства и текущая экономическая ситуация все больше подвигают инвесторов использовать российское право. Пертурбации с курсом рубля при росте расходов на сделку снизили доходность проектов в два раза. Сейчас расходы только на юридическую часть на сделку по иностранному праву достигают 30% от их суммы на ранней стадии, вместо «ожидаемого» 1% за все.

Использование российского права и опыта рынка венчурных инвестиций может стать спасительным для малого и среднего бизнеса, который переживает непростые времена: снижения доступной ликвидности на финансовых рынках, существенное ограничение доступа к заемным средствам. Тем более что российские компании, осуществляющие свою деятельность на территории РФ, все равно будут решать все вопросы в российском суде. То есть для взыскания по «английскому» решению нужно будет все равно получить подтверждение российского судебного органа.

Что касается крупных компаний, то им нет смысла переносить всю структуру сделки в Россию: для них расходы на нее и на потенциальный судебный спор не настолько критичны. Рост ценности актива и доли компании в нем «перекроет» издержки.

Сегодня все тенденции указывают на то, что инвестиционный рынок поворачивается в сторону российского права. В то же время, для того чтобы привлечь больше компаний к использованию отечественной юрисдикции, необходимо заниматься ее продвижением, разработкой практик применения последних изменений и т. д. Это все позволит создать завершенный механизм не только для российского рынка венчурных инвестиций, но и впоследствии для других отраслей.

 

Искендер Нурбеков